— Ваш курс называется «Музыкальные технологии» — звучит почти как инженерный факультет. Но есть стереотип, что музыка — это про талант и слух, а не про физику и механику. Как тут переключить восприятие детей?

Музыка — сразу про все. О музыке говорят как об искусстве божественном, субъективном и абстрактном — тем любопытнее, что рождается она из совершенно конкретных предметов, живет в пространстве конкретного зала, ее звуки отражаются от стен, сделанных из привычных строительных материалов.

И знакомство с этими технологиями (которые я трактую широко — к ним относятся и книгопечатание, и изобретение музыкальных инструментов, которые не сходят со сцены столетиями, и звукозапись, и появление стриминговых сервисов, и AI) повышает интерес к самой музыке.

— Что сложнее объяснить детям — как работает орган или зачем вообще существует классическая музыка в эпоху Spotify?

Вопрос «Зачем сегодня существует классическая музыка» отпадает сам собой, когда дети знакомятся с произведениями, композиторами, понимают, что у всех людей во все времена одни и те же чувства, желания, проблемы и задачи. После хорошей просветительской программы ребенок не делит музыку на классическую или какую-то другую, а воспринимает Моцарта и АИГЕЛ как часть одного музыкального процесса.

— Рояль выдерживает натяжение в двадцать тонн — это почти как небольшой мост. Зачем музыкальному инструменту такая сила?

Рояль — роскошный максимум. И клавишный инструмент, и струнный, и ударный, и самый распространенный, и переводится как «королевский», в общем, один из главных персонажей в истории музыки. Сила роялю нужна, чтобы озвучивать огромные концертные залы и передавать эмоции, чувства высокой температуры.

Сила и мощь пропорциональны весу инструмента — большие концертные рояли весят пятьсот килограмм и больше. Рояль до конца сформировался в XIX веке: классическая музыка тогда была эгоцентрична, влюблена сама в себя, и «разработчики» инструмента в первую очередь думали о звуке, затем о красоте и уже в последнюю — о том, как его будут транспортировать с места на место. Теперь об этом думают грузчики, которые возят рояли суперзвезд.

— Есть инструменты (клавесин, теорба), которые технологически проиграли — были вытеснены более совершенными аналогами и исчезли. Вам их жалко?

Не жалко: во-первых, можно найти и послушать их живьем, даже теорбу, ну а клавесин вообще частый гость на академических сценах.

В-третьих, существует большое направление — исторически информированное исполнительство, когда музыку Возрождения, барокко, классицизма играют на инструментах той эпохи. Для тех, кто хочет слушать, есть все.

— Есть ли в истории музыкальных технологий момент, который вас поражает — что-то, что кажется почти невозможным для своего времени?

Поражает и радует, что существует отдельный вид искусства — звукозапись, и благодаря ей вся мировая музыка помещается в вашем телефоне.

А музыка в высококлассной записи, через хорошие наушники порой может впечатлить даже больше, чем прослушивание в зале.

— Музыковед — это человек, который слушает музыку или разбирает ее на части? Не убивает ли анализ удовольствие от звука?

Можно проанализировать звук, но нельзя проанализировать его влияние на нас. Как бы детально мы, просветители, ни пытались говорить о музыке, она все равно выскальзывает из слов, каким-то своим путем летит в головы слушателей и создает в них свои структуры, уникальные, как узоры снежинок.

Но все равно хорошие комментарии, беседы, интерактивные концерты нужны как воздух, они в разы увеличивают аудиторию концертных залов и подсвечивают действительно важную музыку. Вот Баха, например, в XVIII веке забыли и вернулись к нему только в XIX. Баха — и забыли! Я уверена, что если бы в XVIII столетии жили маэстро Леонард Бернстайн или музыковед Ярослав Тимофеев, такого ни за что бы не случилось. 

Курс. Музыкальные технологии

Мы заглянем под капот музыкальных инструментов, чтобы увидеть в них технические шедевры. Разберем устройство старинного органа как первого «механического суперкомпьютера», работающего на сложной логике рычагов и воздуховодов. Узнаем, как новые системы клапанов превратили пастушьи рожки в роскошные трубы. Раскроем секрет первых фортепиано и увидим, как рояль стал грандиозным инструментом с чугунной рамой, выдерживающей натяжение в 20 тонн. И, наконец, поговорим о том, как вся эта аналоговая магия превратилась в цифровые алгоритмы, благодаря которым вся величайшая музыка мира помещается в нашем кармане.