— Мы с вами говорили год назад, незадолго до выхода «Перемещенных». Какие у вас новости за прошедший год?

Книжка получила премию «Ясная Поляна» в номинации «Молодость» — это приятно. Консультирую, читаю лекции, веду образовательные проекты, строю планы. Больших событий, пожалуй, нет, но очень много маленьких. И еще в проекте — маленькая детская книжка. Она доставляет мне много удовольствия, хотя времени на нее катастрофически не хватает. До войны мы с детьми жили в своем доме на краю земли с красивым видом, дети были очень счастливы. Когда нам пришлось уехать, они стали несчастливы и попросили рассказать вымышленную историю — про детей, которые живут в таком доме. Мне очень хочется рассказать им эту историю. Она должна быть теплой и забавной. Я делаю это впервые — прямо для них.

— Смена в лагере — всегда интенсивный опыт группового взаимодействия, и не всем детям он дается легко. Как вы планируете работать с теми, кто, как ваша героиня Аделия, замыкается и молчит?

Во-первых, я верю, что у каждого человека есть право не хотеть веселиться, не прыгать в толпу, делать что-то медленнее и осторожнее. Есть хорошая метафора: мы все по-разному заходим в воду — кому-то хочется разбежаться и прыгнуть, а кому-то — шаг за шагом, прислушиваясь к ощущениям. Главное, с чего я бы начала — это уважение к индивидуальному темпу. А второе — всегда интересно понять, какая потребность есть у конкретного человека: во внимании, в паузе, в том, чтобы высказаться и быть услышанным. Если найти эту потребность, можно помочь человеку гораздо мягче адаптироваться, войти в среду и раскрыться.

Среди детей в «Марабу» совершенно точно будут те, кто пережил вынужденный переезд…

Переезд — это не отдельная тема, это событие, которое запускает у каждого свое переживание. Для кого-то это сложность с поиском друзей, для кого-то — романтические переживания или утрата, для кого-то — образовательные трудности, тоска по конкретной улице или по родственникам. Переживания сами по себе гораздо интереснее, чем сам факт географического перемещения. Мне кажется, что всегда можно говорить не про дом, а про вещи, которые теряются и находятся.

— Дети-эмигранты оказываются перед выбором между «там» и «здесь», между прошлым и будущим. Как помочь им удерживать обе части своей идентичности, не разрываясь?

Мы обычно мыслим категориями «или-или» и «но». Мне нравится позиция «и». Тебе грустно, ты что-то потерял, ты из России — и ты говоришь на нескольких языках; тебе может быть тяжело — и одновременно ты получаешь больше ярких, необычных событий, которые с тобой происходят. В этих бесконечных «и» и происходит интеграция. Нам не нужно выбирать, потому что мы собираем все это в себя одновременно.

— Есть стереотип, что такая интеграция — это долго: месяцы сессий с психологом. Можно ли принять позицию «и» сравнительно быстро?

Я не знаю точного ответа. Но важно говорить о том, что выбирать не нужно, — потому что система постоянно предлагает нам выбор. Наша психика устроена невероятно — она подвижна, сильна, упорна, умеет обрабатывать и перерабатывать опыт. Но для того чтобы она делала свое дело, ей нужны два условия. Первое — время: люди часто страдают не от тяжести происходящего, а от ощущения, что не имеют права на переживание, не имеют права проживать сложный период. Второе — уверенность, что рядом есть люди, которые позаботятся.

Ощущение безопасности, понимания и поддержки — гораздо более мощный терапевтический ресурс, чем сами по себе психологи. Если мы не говорим о глубоком индивидуальном процессе, первое, что может сделать специалист — помочь человеку почувствовать себя в безопасности, высказаться и быть по-настоящему услышанным.

— Это очень близко ценностям «Марабу» — лагерь с самого начала, особенно с началом войны, старается создавать поддерживающую среду. А как вы сами готовитесь к таким проектам? Есть ли какие-то ритуалы или практики?

Никаких особых ритуалов нет. Мне нужны дозы доброты — добрые фильмы, чужие мягкость и спокойствие. Еще очень важно одиночество: возможность помолчать, не разговаривать ни с кем. И обязательно — движение: прогулки, зарядка. И сон. Две недели — тот срок, который можно выдержать, если до этого получить заряд энергии и ничего не планировать после.

— Последний вопрос: что для вас будет показателем удачной смены?

Я всегда увожу с собой знакомства с людьми самых разных возрастов и характеров. Несмотря на то, что я жуткий интроверт, любящий одиночество, мне очень нравится влюбляться в людей — смотреть, общаться, узнавать. Еще мне интересны профессиональные вызовы и ощущение, что я делаю свою работу хорошо, — от этого огромное удовольствие и энергия. Но главное везде — это люди.